ПромТоргСервисПТС Официальный сайт Омска


 

Основные направления компании ООО «Промторгсервис» 

Творческая Мастерская: PR- стиль образа

Творческая мастерская:

Вся реклама.

Любой дизайн.

Торговый отдел

Торговый отдел:

Продукты питания.

Оптом + Розница.

Юридический отдел

Юридический отдел:

Защита прав.

Слияния и поглощения.

Отдел IT технологий

IT — технологии:

Реклама  ин-проектов.

Заработок в интернете.

Новости: Новости компании, в городе Омске, в мире

Новости:

Новости компании.

Горячие новости.

Реклама

Реклама!

Омск сегодня

Читай — смотри!

Услуги Омска

Омск — знакомства и общение.

Сайт знакомств. Бесплатные знакомства в Омске. Серьезные отношения, любовь и дружба.

 

Фильмы. Видео. Кино.

Жизнь фильма, видео и кино вчера, сегодня и завтра. Сайт Film Look посвящен индустрии видео и кино.

Важные событие!

Почему Волынский полк поднял восстание, ставшее для империи роковым

1

Восстание Петроградского гарнизона, принесшее победу Февральской революции, началось с бунта в запасном батальоне лейб-гвардии Волынского полка.

Но как такое могло случиться?

Ведь лейб-гвардии Волынский был самым дисциплинированным в русской армии!

Он выделялся даже на фоне прочих полков 3-й гвардейской пехотной дивизии — славившейся «каторжной» дисциплиной и образцовым внешним видом солдата1.

«Каторжная» дивизия

Дисциплину в солдатах 3-й гвардейской выковывали на каждом шагу. Для этого и добивались от них образцового внешнего вида, идеальной строевой выучки и неуклонного соблюдения внутреннего порядка. Ведь, приучаясь к аккуратности в мелочах, приучаясь делать лишь то, что положено, и лишь тогда, когда положено, человек приучается соблюдать установленные правила, подчинять свою волю чужой.

«Строгость — ни охнуть, ни вздохнуть; ноги протянуть без санкции начальства нельзя,— писал один из попавших в сентябре 1914 г. в запасный батальон лейб-гвардии Литовского полка.— В уборную хочешь — иди с рапортом к отделенному ефрейтору. […]

Сапоги на поверке не блестят — наряд вне очереди. Пуговицы тусклы — наряд.

Клямор не блестит — гусиным шагом ходи»2.

Да, в 3-й гвардейской заставляли чистить даже не видную под бляхой скобу (кламмер) поясного ремня. А главные учителя солдат — унтер-офицеры и ефрейторы — использовали и «приемы выучки и воспитания, не предусмотренные тогдашним уставом»3.

«Одни ходят гусиным шагом», «другие бегают вокруг конюшни с фуражками, с ремнями, с котелками, с кружками, с портянками, с носками, с сапогами в зубах» — и все, «стараясь перекричать друг друга, вопят:

— Я дурак! Я дурак! Я дурак!

— Вот как чистят клямор! Вот как чистят клямор!

— Я балда! Я балда!»4

После такой дрессировки люди исполняли приказания автоматически.

Что и требовалось.

Ведь в бою у человека включается мощнейший инстинкт самосохранения. Чтобы подавить его, сознательности многим может не хватить. Вот тут и выручит привычка не раздумывая, автоматически, почти инстинктивно выполнять приказы.

Так вот, в лейб-гвардии Волынском дисциплину выковывали еще настойчивее, чем в других полках «каторжной» дивизии.

«Железный» полк

«Особая отчетливость — решительно во всем: в отдании чести, маршировке, ружейных приемах, в каждом движении — всегда и везде выделяла Волынцев»,— признавал в 1930-м офицер лейб-гвардии Финляндского полка5.

Эту отчетливость волынцы сумели сохранить и в Первую мировую — когда полк не раз сменил свой рядовой состав. «Твердый, как на параде, шаг, идеальное равнение, особый отмах руки [назад до отказа.— Авт.], по которому Государь узнавал наших солдат даже тогда, когда они, будучи переведены в другой полк, носили уже иную форму. Тонкие черточки штыков, строго выравненных по рядам в горизонтальной и вертикальной плоскости, совершенно неподвижны…»6 Так проходили волынцы перед начальством еще 15 июля 1916 г., на марше в прифронтовой полосе.

Полк закономерно дрался, не обращая внимания на смерть. Увидев в июле 1916го на обшлагах русских гимнастерок желтую тесьму (3я гвардейская пехотная дивизия), а на планках, вдоль разреза,— темно-зеленую (четвертый полк дивизии, т. е. лейб-гвардии Волынский), пленные немцы оживились: «А-а, знаком регимент [полк (нем.).— Авт.]… Желязный регимент…»7

И это всего за семь месяцев до исторического бунта.

«Дисциплина была видна во всем и проявлялась на каждом шагу»,— так, по воспоминаниям тогдашнего командира полка, было еще в феврале 1917го8.

Всего за несколько дней…

Лашкевич и «Мордобой»

И вот в запасном батальоне такой части восстала учебная команда! Та, где готовили унтер-офицеров — тех, кто сам должен был дисциплинировать солдат! Да еще и при таком начальнике учебной команды, как штабс-капитан Иван Степанович Лашкевич…

Об этом «по-девичьи румяном, с круглым русским лицом и с ясными добрыми большими серыми глазами»9 офицере, которому в феврале шел 26-й год, достаточно сказать, что это бывший фельдфебель Александровского военного училища.

Это — марка.

Это значит — великолепный строевик и беспощадно требовательный начальник.

Только таких юнкеров назначали на должность фельдфебеля (по-советски — старшины). Ведь именно фельдфебель, прямой начальник всех юнкеров своей роты, отвечал за порядок в ней.

По свидетельству ряда офицеров Волынского полка, а также полковника М. Н. Левитова (уже летом 1917 года он общался с чинами запасного батальона), «репутацию строгого начальника» имел и зачинщик бунта, старший унтер-офицер Тимофей Иванович Кирпичников. Солдаты даже прозвали его «Мордобой»10.

Усмешка судьбы: именно Кирпичникова в ночь на 26 февраля Лашкевич назначил фельдфебелем 1-й роты (за несколько дней до этого из чинов основной учебной команды были сформированы две роты для подавления возможных беспорядков) — вместо срочно «заболевшего» подпрапорщика Лукина. Из рассказа «Мордобоя» о дальнейших событиях видно, что перешла к нему и основная должность Лукина — фельдфебель основной учебной команды (были еще две подготовительные и дополнительная).

Решение Лашкевича стало роковым — и для его личной судьбы, и для судьбы России.

Убийство перед строем

24 — 26 февраля обе роты разгоняли демонстрантов на Знаменской площади (ныне площадь Восстания).

Согласно записанному потом рассказу Кирпичникова, он потихоньку приказывал солдатам целить поверх голов, а в ночь на 26е предлагал «унтерам» обеих рот совсем не стрелять. Вечером же 26-го созвал командиров взводов и отделений основной учебной команды и предложил вообще отказаться усмирять беспорядки.

Те согласились. Проинструктировали своих солдат11. И утром 27 февраля построенная к приходу Лашкевича команда демонстративно и грубо нарушила дисциплину.

По версии Кирпичникова, команда крикнула «ура!» после того, как штабс-капитан поздоровался с ним. По версии стоявшего в строю Константина Пажетных, таким был ответ на приветствие Лашкевича команде.

На вопрос Лашкевича: «Что это значит?» ответил младший унтер-офицер Михаил Марков[1], и стало ясно, что команда взбунтовалась. Приказ стрелять (по версии Пажетных — приказы Лашкевича вообще) люди выполнять не будут, заявил Марков.

И, взяв винтовку «на руку», направил на штабс-капитана штык.

В следующую минуту бунтовщики потребовали от Лашкевича удалиться12.

А когда он показался во внутреннем дворе, Марков и ефрейтор Орлов13 выстрелили в него из окон — и убили наповал.

(По версии офицера, расспрашивавшего потом солдат, команда дважды ответила молчанием на приветствие своего начальника: после этого Лашкевич сам вышел прочь, а застрелил его Кирпичников14. Но можно ли отвергнуть свидетельства двух очевидцев?)

После свершившегося убийства Кирпичников уговорил присоединиться к основной учебной команде и «унтеров» подготовительных команд. А когда они вышли на улицу, к ним без всяких уговоров примкнула 4-я рота.

Недомуштрованные

Вполне можно понять, что волынцам совершенно не хотелось стрелять в демонстрантов. Свой, русский, хлеба просит — разве это бунтовщик?

Но отказаться выполнять приказы…

Тут прежде всего аукнулось то, что волынской муштры в полном объеме солдаты и бо'льшая часть «унтеров» запасного батальона не испытали.

Почти все старослужащие погибли к октябрю 1916 года, к февралю от них остались жалкие крохи. «Волынцы» 3-й роты запасного батальона — отказавшиеся стрелять в демонстрантов 26 февраля15 — это новобранцы, не прослужившие и 6 недель! То же в 1-й и 2-й ротах.

Солдаты-фронтовики начала 1917 года как минимум не боялись рассуждать.

Солдат 4-й роты и людей Лашкевича муштровали от силы два — пять месяцев. Этим последним автоматически выполнять приказы стрелять в демонстрантов мешало еще и фронтовое прошлое.

В запасном батальоне они оказались уже второй раз.

В промежутке были фронт и ранение.

И не просто фронт, а наступательные бои августа — сентября 1916 года на владимир-волынском направлении. Прошедшие через эту мясорубку многого уже не боялись. Страшней германского фронта не будет! Не случайно и восстали они первыми в батальоне.

Солдаты-фронтовики начала 1917 года как минимум не боялись рассуждать.

А как тут не рассуждать, если к вечеру 26-го стало заметным бездействие власти?

Штабс-капитан А. В. Цуриков жестом пропускает демонстрантов на Знаменскую.

А капитан П. Н. Гейман молча проглотил отказ 2-й подготовительной учебной команды стрелять в толпу, устремившуюся через Литейный мост на Литейный проспект16.

Собственно, десятка два17 пассионариев вроде Кирпичникова и Маркова и обеспечили успех восстания. Ведь бунтовать многие волынцы не хотели.

Обвал

Часть одной из волынских рот — размещенная в казармах лейб-гвардии 1-й артиллерийской бригады на Басковой улице (ныне улица Короленко) — упиралась даже в полдень 27 февраля. Она организованно вернулась в казармы, когда подошедший с отрядом верных присяге войск полковник А. П. Кутепов заверил, что расстреливать ее не будут18.

Но в центре бунта, в юго-восточной части Таврических казарм, в конце Виленского переулка, путь назад очень многим отрезали выстрелы Маркова и Орлова19.

Теперь или идти до конца — или под расстрел. За участие в бунте, отягощенном убийством офицера.

Терять нечего!

«На пле-чо! Шагом марш!» — скомандовал Кирпичников, и учебные команды с 4-й ротой двинулись по Виленскому к расположенным рядом казармам 18го саперного батальона — поднимать размещенные там прочие волынские роты.

«Мордобою» сообщили, что впереди выставлены пулеметы, и, не дойдя даже до Фонтанной, он развернул отряд. Ничего, пойдем в другую сторону и свернем налево, на Парадную. Поднимем расквартированные в Таврических казармах запасные батальоны лейб-гвардии Преображенского и лейб-гвардии Литовского полков.

Терять нечего! — и, вломившись с Парадной, с пальбой и криками «ура!» во двор Таврических казарм, солдаты с темно-зелеными с желтым кантом петлицами на шинелях часа полтора «бились», чтобы взбунтовать солдат с красными и желтыми20.

У тех тоже нашлись Кирпичниковы — старший унтер-офицер Федор Круглов поднял 4-ю роту запасного батальона преображенцев. Людей и тут связали кровью: волынцы закололи заведующего преображенскими мастерскими, армейского подполковника Богданова21…

Ставшая многотысячной толпа восставших прошла Парадную и свернула налево, на Кирочную — поднимать другие части!

Терять нечего!

Свернув на Преображенскую (ныне улица Радищева), Кирпичников поднял (уже легко!) запасную роту лейб-гвардии Саперного полка.

На углу Кирочной и Знаменской (ныне улица Восстания) смутьяны взбунтовали 6-й запасный саперный батальон, убив его командира полковника В.К. фон Геринга.

Дальше по Кирочной, на углу Надеждинской (ныне улица Маяковского), квартировал Петроградский жандармский дивизион. Вывели на улицу и жандармов, а следом — юнкеров расположенной наискосок Петроградской школы прапорщиков инженерных войск.

«Ну, ребята, теперь пошла работа!» — с облегчением вымолвил Кирпичников22.

«Пошла работа!»

И действительно, к солдатам уже присоединились толпы демонстрантов. Уже горело на углу Литейного и Шпалерной здание Окружного суда — часть разделившейся массы восставших проникла и туда. Уже арестовывали и убивали полицейских. Эмиссары членов Государственной думы[2] — решивших добиваться отречения царя — уже вели группы солдат к Таврическому дворцу, где собрались думцы…

Беспорядки превращались в Февральскую революцию.

1. Арамилев В. В. В дыму войны. Записки вольноопределяющегося. 1914–1917 годы. М., 2015.° C. 26; Фомин Б. За Стоходом // Военно-исторический вестник. N 17. Париж, 1961.° C. 31. 2. Арамилев В. В. Указ. соч. С. 26. Полк мемуаристом не назван, но упоминания о желтых шинельных петлицах, поручике Зарембо-Ранцевиче и косвенное сообщение о прежней стоянке полка в Варшаве однозначно указывают на лейб-гвардии Литовский. 3. Геруа А. В. Воспоминания командира полка // Вестник Волынца (Белград). N 5. 15 января 1931 г. С. 5. 4. Арамилев В. В. Указ. соч. С. 59–60. 5. Ходнев Д. Братьям-волынцам // Вестник Волынца (Белград). N 3. 20 февраля 1930 г. С. 6. 6. Куликов В. Я. Бой на Стоходе // Вестник Волынца (Белград). N 4. 16 августа 1930 г. С. 4. 7. Там же. С. 3. 8. Кушакевич А. Первые дни революции на фронте Л. Гв. Волынского полка // Вестник Волынца (Белград). N 10/11. 1 октября 1933 г. С. 17. 9. Геруа А. Воспоминания командира полка // Перекличка. Орган текущей связи Общества гг. Офицеров Л. Гв. Волынского Полка (Брюссель). N 6. Август 1937 г. С. 24. 10. Левитов. От обещания генерала Кириенко говорить всю правду «как на исповеди, перед Св. Причастием», до извращения им фактов и умышленной лжи. Мои возражения генералу Кириенко // Ответ на книгу Кириенко «1613 г. От чести и славы — к подлости и позору февраля 1917 г.» Сборник статей членов Объединения чинов Корниловского Ударного Полка. Париж, 1965.° C. 43. 11. Кирпичников Т. И. Восстание лейб-гвардии Волынского полка в феврале 1917 г. // Крушение царизма. Воспоминания участников революционного движения в Петрограде (1907 — февраль 1917 г.). Л., 1986.° C. 302–307. 12. Там же. С. 309–310; История гражданской войны в СССР. Т. 1. Подготовка Великой пролетарской революции. (От начала войны до начала октября 1917 г.). М., 1935.° C. 100–101. 13. История гражданской войны в СССР. Т. 1.° C. 101. 14. Волынец. Первый выстрел Февральской революции // Военная быль (Париж). 1963. Октябрь. N 63.° C. 46. 15. Большевизация Петроградского гарнизона в 1917 году. Сборник документов и материалов. Л., 1932.° C. 33. 16. Там же. С. 33–34. 17. Ганелин Р. Ш., Соловьева З. Б. Воспоминания Т. И. Кирпичникова как источник по истории Февральских революционных дней в 1917 г. в Петрограде // Рабочий класс России, его союзники и политические противники в 1917 году. Л., 1989.° C. 189. 18. Первые дни революции в Петрограде. (Отрывки из воспоминаний А. П. Кутепова) // Генерал А. П. Кутепов. Воспоминания. Мемуары. Мн., 2004.° C. 163–165. 19. Волынец. Указ. соч. С. 46. 20. Кирпичников Т. И. Указ. соч. С. 311. 21. Первые дни революции в Петрограде. С. 158–159; Зубов Ю. В. Лейб-гвардии Преображенский полк. С полком дедов и прадедов в великую войну 1914–1917 гг. М., 2014.° C. 183. 22. Кирпичников Т. И. Указ. соч. С. 311.

References

  1. ^Михаил Марков (news.rambler.ru)
  2. ^Государственной думы (news.rambler.ru)

источник

Купить в Омске

Туры из Омска.

Нужно найти тур? Купить путевку на базу отдыха? Ваш выбор — ТА «Омские туры».

Также авиабилеты, ЖД билеты, круизы и многое другое.

Авиабилеты.

Продажа билетов на самолет, все авиарейсы.

Лучший способ купить авиабилеты из Омска дешево.

ЖД билеты.

Продажа билетов на поезд.

Лучший способ купить жд билеты на поезд в Омске дешево.

Новое на сайте

Реклама в Омске

Реклама в Омске



Социальные сети.

Поделись с друзьями:

 
Яндекс.Метрика  

© 2005-2099 г. "ПТС" Официальный сайт Омска. Новости города Омска:Бизнес,политика,IT технологии,торговля,как купить в Омске,реклама.Все права защищены.